October 1st, 2009

Вторые впечатления: Комиссия не справилась


Меня просят дать более развернутый комментарий по поводу доклада Комиссии Евросоюза, его разнообразных интерпретаций, а также ряда смежных тем.
Развернутый текст по этим вопросам последует.

А сейчас хотел бы обратить внимание на главное – Комиссия вряд ли справилась с поставленной перед ней задачей.

Напомню, что целью Международной Независимой Комиссии по Установлению Фактов в Конфликте в Грузии (МНКУФКГ) было «установление причин и хода конфликта в Грузии с точки зрения международного права (включая Хельсинкский Заключительный Акт), гуманитарного права, прав человека, а также обвинений, сделанных в этом контексте» (статья 1.2 Мандата):
http://eur-lex.europa.eu/Notice.do?mode=dbl&lang=en&ihmlang=en&lng1=en,fr&lng2=
bg,cs,da,de,el,en,es,et,fi,fr,hu,it,lt,lv,mt,nl,pl,pt,ro,sk,sl,sv,&val=484042:cs&page

Иными словами, одной из главных целей Комиссии должно было стать установление причин войны.

Однако Комиссия, похоже, не смогла этого сделать. Комиссия не смогла определиться даже с устойчивым названием (определением) анализируемых ею «событий», не говоря уже об их длительности, квалификации и тем более об их причине(ах).

В этом посте анализируется пока лишь 1-й том доклада: http://www.ceiig.ch/pdf/IIFFMCG_Volume_I.pdf, на него и приводятся ссылки ниже.

1. Название «событий». Для описания исследуемых событий Комиссия не смогла найти единого названия (определения). Вместо него в докладе используются различные термины – такие, например, как: «серьезный вооруженный конфликт (с.2), «сражение, боевые действия», «политический конфликт» (с. 5), «конфликт в Грузии» (сс.5, 9, 33), «конфликт, этот конфликт» (сс. 5, 7, 9, 11, 28, 31, 32, 34, 37), «события начала августа 2008 г.» (с. 7), «конфликт августа 2008 г.» (сс.8, 32, 36), «события» (с. 9, 34), «воруженная конфронтация», «конфликт 2008 г. в Грузии», «комбинация конфликтов» (с.10), «крупномасштабный вооруженный конфликт в Грузии», «вооруженный конфликт» (сс.12, 17, 33), «открытые военные действия» (с.19), ««пятидневная война»» (с. 21), «военные действия в Грузии» (с.22), «конфликт в Южной Осетии» (с. 26),  «военные действия», «война» (с. 31), «кризис» (с. 33), «вооруженный конфликт августа 2008 г.» (с.35), «конфликт в Грузии летом 2008 г.» (с.36), «конфликт в Грузии августа 2008 г.» (с.36).
Кроме того, в докладе отдельно упоминается «конфликт в Абхазии, игравший более ограниченную роль... в событиях» (с. 7), что свидетельствует о понимании и рассмотрении этого события авторами доклада отдельно от «событий в Южной Осетии». 
Комиссия ни разу не использовала термин, наиболее адекватно определяющий "эти события" - "российско-грузинская война".

2. Начало «событий». В докладе присутствуют противоречивые утверждения о времени начала «событий». Хотя на с. 9 специально заявляется, что начальный пункт исследования для авторов является гибким, однако тут же поясняется, что период исследования фактически начинается тогда, когда «дискуссии становятся более детальными» - то есть около 7 августа и завершается 8 сентября 2008 г. Неудивительно поэтому, что началом «событий» на с. 5, 9, 10, 19, 22, 23, 26 эксплицитно называется или имплицитно подразумевается ночь с 7 на 8 августа. Однако на с. 31 доклад специально подчеркивает, что «объяснение причин конфликта не может фокусироваться исключительно на артиллерийской атаке на Цхинвали в ночь с 7 на 8 августа». А на с.11 доклада обращается внимание на то, что «хотя ночь с 7 на 8 августа знаменует собой начало крупномасштабного вооруженного конфликта в Грузии, она оказалась лишь кульминационной точкой длительного периода растущей напряженности, провокаций и инцидентов». 

3. Длительность «событий». В тексте доклада упоминаются различные сроки «событий»: «пять дней боев» (с. 11), «пять дней военных действий с 7/8 по 12 августа» (с.26), де-факто 3 дня - «10 августа правительство Грузии объявило односторонннее прекращение огня и свое намерение вывести грузинские силы из Южной Осетии. Однако это прекращение огня не соблюдалось противоположной стороной. К ночи с 10 на 11 августа большинство грузинских войск были выведены из Южной Осетии» (с.21), де-факто месяц - «действия в военной сфере закончились 8 сентября» (с.22). В ряде случаев (как, например, на с. 5 и 37) под термином «конфликт», используемым в докладе, понимаются события, явно существенно большей длительности – измеряемые годами. Об этом же свидетельствуют и описания событий 1989-2008 г., присутствующие на с. 13-20.

4. Юридическая квалификация «событий». 18-й пункт на с. 22 доклада начинается весьма примечательно: «Россия назвала свои военные действия в Грузии «операцией по принуждению к миру», в то время как Грузия назвала их «агрессией». Международное сообщество, включая таких крупнейших игроков, как Евросоюз, не желало давать какие-либо формальные определения». Никаких формальных определений не дал и доклад Еврокомиссии. Хотя практически каждое отдельное событие в рамках «всех событий» получило правовую оценку с ее стороны, однако она не смогла дать юридической квалификации "всем событиям", то есть российско-грузинской войне.

5. Причины «событий». Главная цель работы Комиссии в соответствии с ее мандатом оказалась недостижимой. Не определив, что именно является предметом ее анализа; не решившись назвать «конфликт» тем, чем он на самом деле является – войной; не установив сроков анализируемых «событий», а точнее: искусственно ограничив их; не дав всем этим событиям какой-либо общей юридической квалификации, Комиссия не назвала прямо и причин этих «событий» - независимо от того, как их называть, - конфликтом или войной. Она лишь назвала (на с.31-32) некоторые факторы, которые "необходимо принимать во внимание" при анализе причин боевых действий.

Это означает, что Комиссия не только не смогла выполнить свой мандат. Не предложив Евросоюзу, ОБСЕ, ООН, широкой публике даже версий причин военных действий (оставляя в стороне, какими обоснованными или необоснованными они ни были бы), Комиссия лишила себя, своих заказчиков, международной общественности возможности содержательного обсуждения на уровне международных организаций причин этой войны и, следовательно, возможностей совместного поиска вариантов решений конфликтов и кризисов, приведших к российско-грузинской войне, гибели более 1000 человек в прошлом году и тысяч людей в предшествующие десятилетия.

И это означает, что задача установления причин российско-грузинской войны, причин конфликтов и кризисов, приведших к ней, по-прежнему остается - для всех тех, кто кровно заинтересован в преодолении последствий этой войны, кто действительно желает недопущения возобновления и начала новых военных действий в этом и других регионах мира.