Андрей Илларионов (aillarionov) wrote,
Андрей Илларионов
aillarionov

Categories:

«Никто не хотел идти во власть»?

На круглом столе «Двадцатилетие рыночных реформ» во время международной конференции в ВШЭ В.Мау заявил следующее:
«В ноябре 1991 г. желающих стать премьер-министром не было. В ноябре 1992 г. была очередь желающих стать премьер-министром. И это такой важный показатель о том, что появилась страна, в которой можно управлять» (87.05 – 87.20).

Такого рода заявление прозвучало не впервые.

Недавно, 10 ноября 2011 г., в своей лекции в Политехническом музее А.Нечаев рассказывал похожее:
«...тут надо сказать, что осенью 1991-го никто не рвался в правительство...».

Автором исходного утверждения является Е.Гайдар:
«Меня пригласили работать в российское правительство после того, как цены на нефть упали в 4 раза. После того, как Советскому Союзу перестали давать коммерческие кредиты. Тогда Советский Союз начал просить гуманитарную помощь. И отчетность важнейшая была по гуманитарной помощи, которую обычно предоставляют беднейшим государствам. Когда валютные резервы Советского Союза – сейчас валютные резервы 383 миллиарда долларов – составляли 26 миллионов, не миллиардов, 26 миллионов долларов. Когда самым распространенным словом на заседаниях правительства, посвященных ситуации в Советском Союзе, было слово "катастрофа". Когда обсуждался вопрос на заседаниях правительства перед тем, как я там оказался работающим, был вопрос о том, а собственно, как избежать голода в стране?
В.ПОЗНЕР: Голода?
Е.ГАЙДАР: Голода, голода. Я, в общем, это вполне могу документировать, написал книгу, которая называется "Гибель империи" - там есть эти документы. Собственно, тогда только так и можно понять, почему меня и моих коллег, 30-летних пригласили работать в российское правительство.
Там работали 60-летние люди, которые были опытными хозяйственниками, всю жизнь шли к власти, боролись за нее. И чего они вдруг отошли в сторону и сказали "Делайте, что знаете"?»

И оригинальное утверждение Е.Гайдара и его версии, озвученные В.Мау и А.Нечаевым, не соответствуют действительности.

Желающих работать в правительстве, в том числе на посту премьер-министра, осенью 1991 г. было немало. В качестве кандидатов на пост премьер-министра (вице-премьера по экономике) Б.Ельциным рассматривались, в частности, кандидатуры О.Лобова, Ю.Скокова, Е.Сабурова. Никто никогда не приводил сколько-нибудь убедительных документов, свидетельствовавших бы об отказе указанных лиц от правительственных постов.

О двух инициативных кандидатах на работу в российское правительство (в том числе: один – на пост премьер-министра) рассказал в своих воспоминаниях, в частности, сам Е.Гайдар.
Р.Хасбулатов:
«Позже, от Ельцина, узнал – Хасбулатов сам усиленно добивался назначения на должность премьера».
Г.Попов:
«...Гавриил Попов очень... просил назначить его министром иностранных дел и внешнеэкономических связей, объединив эти министер­ства. Ельцин готов был согласиться, я категоричес­ки возражал... я попросил Бориса Николаевича не про­водить этого назначения».

О других лицах, желавших занять пост премьер-министра, рассказывает также Лев Пономарев, один из соруководителей самой влиятельной в то время политической силы – «Демократической России».
А.Руцкой:
«Движение «ДемРоссия» в то время обладало большим влиянием. Ко мне за рекомендацией на пост премьера стали обращаться разные люди. Руцкой, в то время вице-президент, пригласил к себе в кабинет и сказал: «Мне бы хотелось, чтобы «ДемРоссия» рекомендовала меня на должность председателя Совета министров России».
С.Федоров:
«2 октября мы с Глебом Якуниным отправились к Ельцину в «Бочаров ручей». В аэропорту Адлера ко мне подошел известный офтальмолог Святослав Федоров, который славился не только профессиональными, но и организаторскими способностями. «Я знаю, что вы едете к Ельцину, - сказал он. – У меня с ним вышла странная история: он предлагал мне возглавить правительство, но с тех пор не перезванивал. Так вы передайте ему, что я согласен».
Другие кандидаты:
«Было еще несколько предложений...»

Для современных читателей, отравленных мифами гайдаризма-шаманизма, пожалуй, наиболее интересным инициативным кандидатом, просившимся тогда в российские премьер-министры, является, очевидно, Е.Гайдар. Вот как описывает это событие Л.Пономарев.
Е.Гайдар:
«Потом меня попросил о встрече другой претендент в премьеры – Егор Гайдар, о котором я уже много слышал. Гайдар пришел вместе с Чубайсом. В самом начале разговора произошла заминка. Заговорили о схеме будущего правительства. «Толя, а где бумаги?» – спрашивает Гайдар. «Забыл в машине», – хлопает себя по лбу Чубайс. «Ну беги за ними!»»

Единственный кандидат в будущие премьер-министры, кому было сделано предложение занять пост в правительстве, и кто от него действительно отказался, был Григорий Явлинский. Правда, отказался он от этого поста не по причине приписываемого ему гайдаровскими мифотворцами т.н. «страха за ответственность», возлагавшуюся на его плечи, а из-за принципиальных разногласий с Б.Ельциным относительно планировавшейся тогда к проведению экономической политики.
Г.Явлинский:
Я не помню чисел, но где-то в конце октября Ельцин пригласил меня к себе в Кремль (у него был кабинет в здании Верховного Совета СССР) и у нас состоялся долгий, часа на полтора, обстоятельный разговор, похожий на то, что мы с вами сегодня обсуждали. Это касалось и либерализации цен, и экономического союза. Я настаивал на том, что схема проведения реформы на первый год должна быть другой, и выдвигал в качестве главного приоритета частную собственность, приватизацию и сохранение экономических связей.
Этот разговор был связан еще с тем, что кто-то из журналистов меня спросил, готов ли я возглавить правительство. Это было еще до того, как был объявлен Гайдар. Будучи тогда человеком политически неопытным, я сказал «да». После этого Ельцин меня и пригласил.
— Дошло ли у вас дело до обсуждения условий, на которых вы согласны работать в российском правительстве?
— Собственно, встреча и была посвящена такому обсуждению.
Он меня позвал и сказал: «Григорий Алексеевич, вот вы тут сказали, что готовы быть премьер-министром, а что вы собираетесь делать?» И я ему рассказал, что я собираюсь делать.
— С его стороны были какие-то реплики, возражения?
— Он не мог спорить по таким вопросам. Я же пришел к нему с цифрами, с таблицами, с балансом. Я ему принес куски бюджета, я ему показал, что нужно делать. Вот такой у нас денежный навес, вот столько у нас в сбербанке, вот столько под матрасом. Если мы начнем реализовывать программу приватизации только в Москве и Петербурге, то мы сможем продать в течение двух месяцев такое вот количество собственности. Так мы можем открыть пункты по реализации собственности, так мы можем перечислять деньги, которые нельзя возвращать в оборот. Эта экономическая  программа готовилась мною около двух лет и он об этом знал.
Он все это внимательно рассматривал, задавал какие-то вопросы. Но это не было профессиональное обсуждение.
— Вы разговаривали с Ельциным до его выступления на съезде?
— Точно не помню, но думаю, что до. И это было после того, как экономический договор был подписан [18 октября ] уже и в Кремле на уровне глав республик и правительств.
В ноябре, недели через две после разговора с Ельциным, я не помню какого числа, позвонил Бурбулис и попросил подъехать в Белый дом в его кабинет. Это был кабинет  заместителя председателя правительства. Ельцин тогда еще больше  находился в Белом доме.
Бурбулис мне сказал следующее: у Ельцина на столе лежат два указа – на вас и на Гайдара. Гайдара он не знает, вас он знает. Он склонен подписать указ на вас, принимайте решение. Я сказал, что у меня есть два вопроса. Первый – какая будет схема действий  с первых чисел января, второй – что будет с экономическим союзом, экономическими связями. Бурбулис ответил:
— Россия пойдет одна.
— Правильно ли я понимаю, что либерализация будет проведена в один день?
— Да, – ответил он.
— И никакого экономического союза?
— Россия пойдет одна, – повторил он.
— Тогда я считаю это авантюрой.

— Разговор был короткий?
— Да. Он сказал просто: готовы два документа, принимайте решение.
— И речь шла о должности вице-премьера?
— Да, насколько я помню, речь шла именно об этом.

Таким образом, вопреки необоснованным утверждениям Е.Гайдара, В.Мау, А.Нечаева осенью 1991 г. было, как минимум, 9 кандидатов, готовых (выражавших желание) работать в российском правительстве на постах министров, вице-премьеров, премьера:
О.Лобов,
Ю.Скоков,
Е.Сабуров,
Г.Попов,
Р.Хасбулатов,
А.Руцкой,
С.Федоров,
Е.Гайдар,
Г.Явлинский.

Судя по всему, единственным человеком, с кем Б.Ельцин предметно обсуждал возможность его работы на посту премьер-министра, был Г.Явлинский. Г.Явлинский также оказался единственным кандидатом, который отказался от сделанного ему предложения.

Подобное предложение (о назначении на пост премьер-министра) Е.Гайдару в ноябре 1991 г. ни Б.Ельциным, ни кем-либо другим не делалось. Е.Гайдару был предложен (через посредничество Г.Бурбулиса) пост вице-премьера, который без всяких условий Е.Гайдаром был принят. До назначения Е.Гайдара вице-премьером 6 ноября 1991 г. Б.Ельцин встречался с ним лишь однажды, в середине октября. По свидетельству О.Попцова (со ссылкой на слова Е.Гайдара) эта встреча длилась всего 25 минут.

Наконец, следует заметить, что премьер-министром России в ноябре 1991 г. не стал ни один из упомянутых выше 9 инициативных кандидатов.
Им стал совсем другой человек.
Тогда
ему было 60 лет, это был опытный хозяйственник, всю жизнь шедший к власти, боровшийся за нее.
Его звали Борис Ельцин.
Первым вице-премьером правительства (де-факто премьер-министром) тогда же, в ноябре 1991 г., стал Геннадий Бурбулис (одиннадцатый в списке).

Tags: Гайдар, Ельцин, Россия, история, мифы, пропаганда, сислибы
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 44 comments