Андрей Илларионов (aillarionov) wrote,
Андрей Илларионов
aillarionov

Categories:

Что установил суд

Выступая 22 мая в передаче «Особое мнение», С.Алексашенко попытался ввести в заблуждение слушателей и читателей «Эха Москвы». Рассказывая о рассмотрении дела в Таганском суде по своему иску ко мне, он сделал несколько заявлений, не соответствующих действительности.

О «служебной записке МВД» и счетах Алексашенко
В своем комментарии С.Алексашенко трижды упомянул «служебную записку МВД», на основе которой якобы только и строилась моя защита:
«Защита Андрея Иларионова свелась к следующему: у нас нет никаких фактов, это всё авторское суждение, которое никак не подлежит оспариванию, а всю информацию об операциях на рынке ГКО мы почерпнули из служебной записки МВД, подписанной Степашиным, без подписи опубликованной в Новой газете в 1999 году, и это является единственным фактическим материалом».
«Он ссылается на, скажем так, абсолютно безграмотную записку МВД, в которой есть такая фраза, что у Алексашенко были валютные счета, на которые поступала выручка от ГКО. Но ГКО были исключительно рублёвым инструментом, и ни на какие валютные счета выручка туда поступать не могла».
«Если человек, который называет себя профессиональным экономистом, считает возможным ссылаться на безграмотные бумаги МВД и это является единственным доказательством, ну, значит, так».

Эти утверждения С.Алексашенко не соответствуют действительности.

Моя защита не только никогда не заявляла, что у нас нет никаких фактов, но и, сообщив суду известные нам факты, полностью доказала их, с чем был вынужден согласиться и истец (С.Алексашенко). Рассмотрев материалы дела, суд посчитал эти факты установленными и включил их в свое решение.
Ни я, ни мой адвокат никогда не заявляли, будто бы всю информацию об операциях на рынке ГКО мы якобы получили из «служебной записки МВД».
Ни в одном из своих выступлений на заседании суда (см. протокол заседания) я не ссылался на «служебную записку МВД».
Что касается утверждения С.Алексашенко о якобы «единственном» фактическом материале, предложенном ответчиком (мною), то убедиться в несоответствии действительности этого заявления можно, взглянув на списки десятков документов, приобщенных судом по просьбе ответчика к делу (списки документов приведены здесь и здесь). Нетрудно видеть, что «служебной записки МВД» как отдельного материала среди этих документов нет.

Отрывки из «служебной записки МВД» приводились в нескольких публикациях «Новой газеты», одна из которых (2002 г.) была приобщена судом к делу. В ней рассказывается об обстоятельствах расследования уголовного дела, возбужденного после дефолта в августе 1998 г., а ее автор действительно процитировал несколько строк из записки МВД. Наиболее же полная цитата из этой служебной записки, опубликованной в СМИ ранее, выглядит так:
«Отрабатывались конкретные противоправные действия бывших руководителей Банка России. В частности, установлено, что Алексашенко С. В., занимая должность первого заместителя председателя Центрального банка, имел в нескольких коммерческих банках рублевые и валютные счета, на которые зачислялись средства, полученные от ГКО. Только на его рублевый счет N 42301810400011702985, открытый в Автобанке, за 1998 год поступило 11 крупных платежей. За 1997 год соответственно 6 платежей и 1996 год – 12 платежей на общую сумму около 560 миллионов неденоминированных рублей».

Из этого отрывка следует, во-первых, что средства, полученные от ГКО, по мнению авторов этой записки, зачислялись не только на валютные счета С.Алексашенко, как он утверждал в эфире «Эха Москвы», но и на рублевые. Во-вторых, в этом отрывке указывается номер не валютного, а рублевого счета истца в Автобанке, на который, в частности, были зачислены средства, в размере, как следует из текста, 560 миллионов неденоминированных рублей.

Если у С.Алексашенко есть претензии к процитированной выше «служебной записке МВД», к С.Степашину, к СМИ, где она была опубликована, то его позиция могла бы быть более обоснованной, если бы свои претензии он предъявил авторам и/или публикаторам этой служебной записки, в том числе, возможно, и через суд. Однако за почти 14 лет, прошедшие со времени публикации указанного материала 18 октября 1999 г., С.Алексашенко этого так и не сделал. Ни он, ни его адвокаты не сделали никакого заявления по поводу этой записки даже на заседании Таганского суда 12 февраля, на котором эта записка была, по его утверждению, якобы «единственным фактическим материалом» и «единственным доказательством». С.Алексашенко вспомнил о «неграмотной», по его мнению, «служебной записке МВД» только 22 мая 2013 г. и только отвечая на вопрос о деле, к которому данная «служебная записка МВД» в качестве отдельного документа не приобщалась и в рамках которого не рассматривалась.

О фактах и суждениях
В эфире 22 мая С.Алексашенко заявил, что моя защита в Таганском суде свелась якобы к тому, что у меня нет фактов, есть только суждение:
«Защита Андрея Иларионова свелась к следующему: у нас нет никаких фактов, это всё авторское суждение, которое никак не подлежит оспариванию...».
«Поэтому, первое, что там нет никаких фактов».
«Там нет фактов».
«А Андрей ничтоже сумняшеся сказал в суде – да нет, это всё суждение, у меня нет фактов. Это всё суждение. Это всё суждение».

Эти утверждения не соответствуют действительности.

В своем выступлении на заседании Таганского суда 12 февраля я обратил внимание на то, что в отрывке из моего интервью «Реформы во благо номенклатуры», ставшем предметом рассмотрения в суде, содержатся два моих утверждения о фактах и два моих суждения.

Ответчик Илларионов А.Н.: что касается двух абзацев из моего интервью, к которым привлечено внимание, то в них есть два утверждения о фактах и есть два моих суждения.

Первое утверждение о фактах – это то, что истец работал во власти и с властью; это не оспаривалось истцом.
Второе утверждение – это то, что на рынке ГКО, среди других, играл в том числе и истец. Я считаю, что это факт, который был подтвержден представленными в настоящем судебном заседании документами и пояснениями истца и его представителей.

Также имеются два моих суждения. Первое из них – среди тех, кто участвовал (или играл) на рынке ГКО, были инсайдеры, среди которых был Алексашенко.
Второе суждение – о том, что это ненормально, это моя оценочная характеристика. Длительное время я тоже работал в органах государственной власти, на различных должностях, и у меня появилась возможность, пользуясь моим опытом, определить, что является общедоступной информацией, а что – не является. Со своей точки зрения, я могу сказать, что человек, работающий во власти, обладает огромным объемом информации, которая для широкого круга лиц является недоступной. Когда в статье я говорю об инсайде, я имею в виду то, что для узкого круга людей была доступна информация, недоступная другим людям...

Вот еще несколько комментариев по поводу моих суждений о моральной неприемлемости действий, совершенных С.Алексашенко:
На вопросы представителя истца Алексашенко С.В. – адвоката Корумы К.В., ответчик Илларионов А.Н.: то, что истец являлся первым заместителем председателя ЦБ РФ и обладал дополнительной, исключительной, информацией, означает, что он являлся инсайдером. Кроме того, он играл на рынке ГКО. Если чиновник, создававший рынок ГКО и затем курировавший операции на открытом рынке, одновременно осуществлял покупки ценных бумаг, то это я считаю ненормальным.

...при работе во власти и общении с разными сотрудниками государственных органов происходит обсуждение различной информации, в том числе относящейся к государственной тайне, а также другой информации. Но вся эта информация являлась инсайдерской, она была доступна только очень узкому кругу лиц. Использование этой информации в своих личных целях я считаю недопустимым с моральной точки зрения.

...я считаю, что человек, работавший на посту первого заместителя председателя ЦБ РФ и одновременно участвовавший в операциях на рынке ГКО, это ненормально.

В моем утверждении речь идет о том, что любой человек, обладавший доступом к исключительной информации, по моему моральному кодексу не имел право участвовать в указанных операциях.

С той же позиции на суде выступал и мой адвокат, обращая внимание на то, что является фактами:
Первая группа доказательств, представленных нами, направлена на то, чтобы показать достоверность сведений о том, что истец работал во власти и с властью, что в настоящем судебном заседании истцом и его представителями оспорено не было.

Вторая группа доказательств заключается в том, что истец играл на рынке ГКО...
...истец участвовал в обращении, размещении и погашении облигаций. Истец через дилеров приобретал ГКО, которые затем были погашены, значит, он являлся участником рынка. Мы утверждаем, что истец приобретал ГКО, которые затем были погашены.

Мой адвокат также обращал внимание на то, что является моими суждениями (оценочными утверждениями):
Фраза «стопроцентный инсайд» является оценочным утверждением, о чем свидетельствует заключение экспертов, представленное мной в настоящем судебном заседании...
...инсайдер – это лицо, обладающее информацией, недоступной для широкого круга лиц; это лицо, обладающее информацией из первоисточника. Вы обладали информацией, недоступной широкому кругу лиц, такой, как информация о готовившихся решениях 17 августа, о состоянии платежного баланса, информация о золотовалютных резервах и т.д.
...человек, который связан с властью, и одновременно играет на рынке ГКО, это, по его мнению, ненормально.

Упомянутые выше два моих утверждения об имевшихся фактах в ходе суда были полностью подтверждены истцом С.Алексашенко.

С.Алексашенко о фактах своих действиях на посту первого зампреда Центрального банка и об обладании им инсайдерской информацией:
Я действительно в ЦБ РФ курировал вопрос работы рынка ценных бумаг...
Поскольку в ЦБ РФ я занимался планированием и осуществлением денежной политики, я должен был знать, что происходит на рынке ГКО...
28 октября 1998 года я находился за пределами РФ, поэтому я разговаривал по телефону и мне по итогам торгов рассказывали, что происходило. В то время физические лица получали информацию о котировках на рынке ГКО с задержкой в 15 минут. Мне сообщали информацию по телефону, поскольку я как человек, отвечающий за денежную политику, должен был знать, кто продавал и в каких объемах...
Эта информация стала общедоступной через 3 недели...
Я знал больше, чем инвесторы...

С.Алексашенко о фактах своем участии в операциях на рынке ГКО:
...у меня было 3 операции по покупке ценных бумаг. Для физического лица участие в рынке ГКО было аналогично банковскому депозиту. ГКО – это ценная бумага, которая погашалась Министерством финансов. ГКО было удобным инструментом для физического лица, поскольку из газетных публикаций можно было примерно понимать, какой доход ты получишь...
...истец Алексашенко С.В.: я действительно веду блог в сети интернет. Принт-скрин с блога, представленный Вами, я видел и утверждение, размещенное в блоге: «я купил ГКО зимой- весной 98 года» принадлежит мне. Я говорил о том, что купил ГКО зимой-весной по памяти. После того, как было опубликовано данное интервью со мной, я запросил депозитарий банка, в котором находились мои счета, и получил официальную выписку о том, когда я производил операции. Официальную выписку я могу представить суду, если суд посчитает это необходимым...
...В июне 1998 года я действительно покупал ГКО...
...Суммы платежных операций по покупке ГКО я не помню. Погашение бумаг произошло в ноябре, если я не ошибаюсь. Минфином бумаги были погашены в срок. В июне 1998 года я приобретал ГКО с целью получения процентов от ГКО. Практически все свои денежные средства я держал в одном банке, и в этом банке у меня были банковские депозиты, часть своих денежных средств я разместил, покупая ГКО...
На вопрос суда истец Алексашенко С.В.: мною действительно была совершена покупка ГКО в 1998 году...

Рассмотрев материалы дела, Таганский суд в своем решении полностью согласился с позицией ответчика (моей), сообщив об установленных судом фактах.

Суд, выслушав объяснения сторон, исследовав письменные материалы дела, находит исковые требования Алексашенко С.В. подлежащими отклонению по следующим основаниям.

Выдержки из решения Таганского суда о фактах – о действиях истца на посту первого зампреда Центробанка:
...из материалов дела усматривается, что за подписью Алексашенко С.В. был издан ряд документов, касающихся операций с ГКО, в частности:
- распоряжение об установлении требований к кандидатам на получение статуса Первичного Дилера;
- указание о порядке учета финансовых результатов по итогам операций кредитных организаций с ГКО, ОФЗ, облигациями РАО «ВСМ» за май-июнь 1998 года;
- указание о внесении изменений и дополнений в Положение Банка России о порядке предоставления Банком России кредитов банкам, обеспеченных залогом государственных ценных бумаг от 06 марта 1998 года № 19-П;
- положение о порядке применения ст. 2, 9 и 10 Закона РФ «О налоге на прибыль предприятий и организаций» при совершении операций с государственными ценными бумагами, положение о порядке составления и предоставления ежедневной отчетности об остатках средств на счете по учету доходов федерального бюджета
и иные документы...
Помимо этого, согласно указания ЦБ РФ от 17 августа 1998 года № 316/1-У за подписью первого заместителя Председателя С.В. Алексашенко было приостановлено проведение торгов ГКО-ОФЗ.

Выдержки из решения Таганского суда о фактах – об участии истца в операциях на рынке ГКО:
Из представленной в настоящем судебном заседании распечатки личной странички Алексашенко С.В., содержащейся в сети Интернет, усматривается утверждение истца о том, что зимой-весной 1998 года он купил ГКО и вышел из него вместе со всеми после реструктуризации. Наличие данного высказывания в сети Интернет и его содержание было подтверждено истцом в ходе судебного разбирательства.
Также в материалах дела содержится распечатка интервью Ю. Скуратова, из которой в том числе усматривается, что, отвечая на вопросы журналиста, 22 августа 2001 года, бывший Генеральный прокурор Российской Федерации в том числе довел до сведения читателей следующее: «Их имена мы изъяли из базы данных Межбанковской валютной биржи, хотя кое-где вместо фамилии указывались номера серий паспорта или искажались фамилии. Мы выявили вице-премьеров – Чубайса и Серова, министра иностранных дел Козырева, Вавилова – первого зам. министра финансов и еще 5 замов министра финансов. Все они играли на рынке ГКО. Заместитель председателя ЦБ Алексашенко...» (л.д. 66-69).

При этом суд считает необходимым отметить и то обстоятельство, что, как пояснил истец в ходе судебного разбирательства, им действительно была совершена покупка ГКО в 1998 году.

Кроме того, суд согласился с ответчиком (мной) в вопросе о том, что является его (моими) личными суждениями и принял соответствующее решение:
...описанные действия Алексашенко С.В. характеризуются в окружающем контексте через субъективные оценочные суждения интервьюируемого («совершенно ненормально»; «на мой взгляд, есть еще и нечто другое – моральное понимание, что может и что не может делать чиновник, руководящий этим процессом») как сомнительные с точки зрения представлений говорящего о морали, что свидетельствует о выраженном в контексте негативном отношении интервьюируемого к приведенным сведениям... Их оценка как сомнительных с точки зрения представлений интервьюируемого о морали выражена в окружающем контексте оценочными суждениями интервьюируемого, отражающими его мнение.

К обсуждению данного вопроса следует добавить, что законодатель также посчитал (позднее), что служащие ЦБ РФ не имеют права приобретать ценные бумаги и запретил им проведение подобных операций.

Кроме того, посетители сайта «Эха Москвы» в большинстве своем также разделяют точку зрения ответчика (мое суждение) о ненормальности для лица, занимавшего пост первого зампреда Центрального банка, игры на рынке ГКО. На вопрос «Считаете ли вы нормальным для первого зампреда Центрального банка участвовать в операциях на рынке ГКО?» 96,3% ответивших проголосовали: «Нет».

Таким образом, утверждения о фактах (а не только суждения) были не только доказаны ответчиком (мной и моим адвокатом), но и были подтверждены истцом (С.Алексашенко). Они также были установлены судом и зафиксированы им в его решении.

Об игре С.Алексашенко на рынке ГКО
Во время эфира 22 мая С.Алексашенко также заявил:
«Я считаю, что тема с ГКО закрыта, для меня по крайней мере, я окончательно убедился, что Андрей Иларионов в этом вопросе даже не попытался разобраться».

Не вдаваясь в дискуссию по этому вопросу (читатели сами могут составить свое мнение), позволю себе воспроизвести выдержки из протокола заседания Таганского суда:
«Экономический смысл игры в ГКО заключался в получении более высокого дохода в отличие от размещения средств истца на его банковском счете. Соответственно, отвечая на ваш вопрос, могу пояснить, что истцом были совершены инвестиции, с помощью которых планировалось получение более высокой доходности, чем от его банковских вкладов».

«Ответчик Илларионов А.Н.: Термин «играл в ГКО» означает, что лицо совершало любую операцию с ГКО, например, покупку.

Игра предполагает некоторый риск, здесь есть элемент игры, поскольку получение дохода от ГКО в валюте связано с величиной валютного курса. Если инвестор конвертирует полученные денежные средства в валюту, то возникает вопрос о том, выиграет ли он или нет. Тогда возникает вопрос, каким будет валютный курс на момент погашения ГКО. Истец был первым заместителем председателя ЦБ РФ, по кругу своих обязанностей он отвечал за курсовую валютную политику, занимался установлением валютного коридора, принимал решения по вопросу, каким будет валютный курс в будущем, проводил переговоры с МВФ, знал об объемах предоставляемых валютных кредитов, следил за состоянием платежного баланса и динамикой валютных резервов.

В июне 1998 г. Россией были начаты переговоры с МВФ о получении крупного пакета финансовой помощи на 22,6 млрд.дол. В состав российской делегации, возглавлявшейся А.Чубайсом, входил также и истец, представлявший Центробанк. Принципиальная договоренность о получении этого крупного пакета была достигнута с МВФ в июне 1998 г. Однако широкая общественность получила подтверждение о предоставлении России этих средств только в середине июля 1998 г. Летом 1998 г. объемы погашения Минфином ГКО вышли на уровень, близкий к 1 млрд.дол. в неделю. Следовательно, предоставляемого МВФ кредита в 22,6 млрд.дол. наряду с имевшимися к этому времени валютными резервами ЦБ должно было хватить примерно на 26 недель, т.е. на полгода, или на 6 месяцев. Исходя из таких расчетов в июне 1998 г. имело смысл покупать не менее рискованные, но и
менее доходные 3-х-месячные ГКО, а более рискованные, но и более доходные 6-месячные ГКО, с погашением, очевидно, в декабре 1998 г.
Информация, которой обладал и которой воспользовался истец, таким образом, являлась инсайдерской, была конфиденциальной.
Прошу суд отказать в удовлетворении исковых требований.


Истец Алексашенко С.В.: размер кредита составлял не 23 млрд.дол., а 4,8 млрд.дол. Кроме того, Чубайс заявил о получении кредита МВФ не в середине, а в конце июля.

Ответчик Илларионов А.Н.: размер кредита составлял не 4,8 млрд.дол., а 22,6 млрд.дол.; 4,8 млрд.дол. – это размер только его первого транша, полученного в июле; основная часть всего кредита должна была быть получена до конца 1998 года. Однако ваше уточнение о времени выступления Чубайса увеличивает разницу между тем временем, когда эта конфиденциальная информация стала известна вам, и тем временем, когда эта информация стала доступной широкой общественности».

О решении Таганского суда от 12 февраля 2013 г.
На основании изложенного ст. 152 ГК РФ, и руководствуясь ст. ст. 56, 194-199 ГПК РФ, суд
Решил:

В удовлетворении исковых требований Алексашенко Сергея Владимировича к Закрытому акционерному обществу «Издательский дом «Комсомольская правда», Илларионову Андрею Николаевичу, Черных Евгению Александровичу о защите чести и достоинства, компенсации морального вреда, – отказать.

О решении Судебной коллегии по гражданским делам Мосгорсуда от 14 мая 2013 г. по апелляции С.Алексашенко на решение Таганского суда от 12 февраля 2013 г.
Определением Судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 14 мая 2013 г. решение Таганского районного суда г. Москвы от 12 февраля 2013 г., которым было полностью отказано С.В.Алексашенко в иске к А.Н.Илларионову и ЗАО "ИД "Комсомольская правда", было оставлено без изменений, а апелляционная жалоба истца – С.В. Алексашенко – без удовлетворения. Таким образом, решение Таганского суда стало окончательным и вступило в законную силу.
Tags: Таганский суд, кризис 1998 г., личное, право, этика
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 43 comments