Андрей Илларионов (aillarionov) wrote,
Андрей Илларионов
aillarionov

Category:

Первые заметки о непроизошедшей революции

Пик т.н. украинского еврокризиса («еврореволюции», которую неоднократно объявляли, но которой так и не случилось) пройден. На смену краткому периоду политической активизации, эмоционального подъема, гражданской самоорганизации наступает очередной период реакции, мести, контрреволюции. Еврокризис застал противоборствующие стороны, готовившиеся к схватке только в 2015 г., во многом врасплох. Серьезная репетиция будущего политического столкновения наступила раньше, заставив его участников в спешке применять и старинные технологии и новые, не до конца отшлифованные, наработки, продемонстрировав уровень готовности одних и степень неподготовленности других. Теперь стороны будут пытаться извлечь из произошедшего уроки и готовиться к новым политическим (и не только) битвам. Некоторые уроки непроизошедшей еврореволюции от заинтересованного российского наблюдателя можно сформулировать уже сейчас.

1. Первое наблюдение, непосредственно бросающееся в глаза, – это ментальная дистанция Украины от России. В политической сфере, в развитии гражданского общества, в культуре межчеловеческого общения. Бандиты, уголовники, насильники встречаются, увы, в каждой стране, но степень распространенности политического и общественного поведения, базирующегося на понятиях агрессивно-криминального кодекса, различается в Украине и России принципиально. Уровень политических и гражданских свобод, чувство человеческого достоинства, признание прав оппонента, толерантность, стремление к интеграции в мировое сообщество в двух крупнейших славянских государствах отличаются радикально. Суммарный индекс политических и гражданских свобод (по данным Фридом Хауз) в Украине сегодня вдвое выше, чем в России (57 и 26 соответственно).

2. Второе наблюдение: еврокризис показал, насколько далеко разошлись наши страны за последние два с лишним десятилетия. Еще в начале 1990-х годов попытка разговора об «искусственности» разделения тогдашних Украины и России не выглядела совершенно нелепой. Сегодня политическая, институциональная, мировоззренческая разница между двумя обществами не подвергается сомнению. Хотя душевой доход в сегодняшней Украине примерно вдвое ниже, чем в России, но в качественном отношении даже сегодняшняя, более бедная, Украина находится уже в совершенно другом ментально-политическом мире. В середине 1990-х годов сколько-нибудь заметной разницы по величинам суммарного индекса политических и гражданских свобод между Россией и Украиной не было. В 2003 г. отставание России от Украины по этому показателю составляло только 10 пунктов (42 и 52 соответственно). Сегодня российское отставание выросло до более чем двукратного (26 по сравнению с 57).

3. За последнее десятилетие заметно возросла культурно-политическая консолидации украинского общества. Во время Оранжевой революции 2004 г. Украина была разделена практически пополам – Запад и Центр против Востока и Юга. Разрыв между В.Ющенко и В.Януковичем в первом туре президентских выборов 2004 г. был ничтожен – 39,9% против 39,3% голосов. Девять лет спустя, в августе 2013 г., опрос общественного мнения показал значительное преимущество сторонников европейской интеграции по сравнению со сторонниками евразийской – 45% против 36%. Что же касается отношения к подписанию соглашения об ассоциации с Евросоюзом, то в этом вопросе разрыв во мнениях украинцев оказался еще больше – 49% против 31%. Несомненно, что нынешний еврокризис независимо от краткосрочной позиции властей еще более увеличит этот разрыв и еще более консолидирует украинское общество в его стремлении к интеграции именно с Европой, а не с Евроазией.

4. За несколько последних месяцев и недель произошло существенное уточнение самого предмета разногласий между политическими лагерями как в украинском обществе, так и за его пределами. Поначалу вопрос об интеграции Украины или с Евросоюзом или с Таможенным союзом носил преимущественно экономический характер. Именно так его публично интерпретировали В.Путин и регулярно направлявшиеся им в Украину российские эмиссары. Именно экономическими причинами мотивировали свое решение о прекращении переговоров с ЕС Н.Азаров и В.Янукович. Однако вопросу ассоциации Украины с ЕС Путин постепенно придал характер прежде всего не экономической, а геополитической ориентации Киева. Со временем выяснилось, что если Янукович воспринимает европейскую интеграцию Украины в качестве предмета для мелкого торга и краткосрочных маневров, обеспечивающих лично ему избрание на второй президентский срок, то Путин и, как оказалось, большинство украинцев воспринимают географическое направление интеграции своей страны в качестве поистине экзистенциального вопроса.

5. У появления такого восприятия оказалось несколько важнейших последствий. Во-первых, произошло резкое повышение цены принимаемого решения, которую теперь готовы уплатить противостоящие стороны – вплоть до физического противодействия на улицах Киева и готовности к жертвоприношению (Ю.Тимошенко, И.Богословская). Во-вторых, противостояние, носившее до поры до времени почти исключительно внутриукраинский характер, приобрело и совершенно отчетливое внешнеполитическое измерение. Путин, в свое время бывший чуть ли не наиболее популярным политиком в Украине, превратился теперь в глазах большинства украинцев в олицетворение неоспоримого имперского зла. Вместе с ним эту роль неизбежно приобрела и вся официальная Россия. В-третьих, произошли поразительные по скорости дискредитация и маргинализация Януковича. Инвестиции, в течение ряда лет небесталанно потраченные им на формирование имиджа, казалось бы, вполне самостоятельного политика, оказались выброшенными на свалку. За несколько дней в глазах миллионов людей он превратился в марионетку, послушно следующую циничным указаниям из Москвы, ни одному слову которого доверять нельзя. Наконец, неизбежным следствием украинского кризиса стало значительное ухудшение отношений между Европой и Россией. Брюссельские бюрократы, в течение долгого времени старательно избегавшие каких-либо шагов, ведущих к обострению отношений с Путиным, оказались глубоко оскорблены молниеносными похоронами украинского проекта, в который они настолько успели вложиться за последние 4 года. Простить это Путину им будет нелегко.

6. Несмотря на явное преимущество в общественной поддержке украинские сторонники евроинтеграции этот раунд борьбы проиграли. Хотя на их стороне находятся в большинстве своем граждане страны, а также демонстранты на улицах Киева и других городов, ключевые политические ресурсы – правительство, Верховная Рада, силовые подразделения – полностью остались в руках их противников. Заявленные, но пока не принятые отставки нескольких фигур в исполнительной власти, выход нескольких депутатов из фракции Партии регионов в Раде не могли изменить и не изменили принципиально расклад имеющихся политических сил. Ремонт нанесенных режиму незначительных повреждений и восстановление его прежнего политического ресурса – вопрос ближайшего времени. Особенно, если этот процесс будет сопровождаться, чего никак нельзя исключить, кампанией по систематическому разгрому оппозиции. Например, по путинским рецептам. Хотя, строго говоря, и без помощи Путина Януковичу удавалось добиваться в деле уничтожения свободного общества впечатляющих результатов. За три года со времени его избрания президентом индекс политических свобод в Украине потерял 16 пунктов (с 73 по 57). Для достижения аналогичного результата – снижения на 16 пунктов, правда, на более  низком уровне, – Путину потребовалось 10 лет (с 42 в 2003 г. до 26 в 2013 г.)

7. Опыт украинского еврокризиса представляет особую ценность для российской общественности с точки зрения получения огромного количества документальных материалов о методах, используемых авторитарным режимом против оппозиции, гражданского общества, для удержания собственной власти. Мягкий (пока еще сравнительно «мягкий») авторитарный режим Януковича предоставил уникальную возможность детально познакомиться с масштабным использованием спецслужбами таких инструментов, как т.н. «титушки»; отряды военнослужащих внутренних войск, переодетых в гражданскую одежду; провокации с нападениями на полицию, с попытками разрушения памятников и захватов зданий. В свете полученной информации дополнительный свет проливается на систематическое использование этих и других любимых инструментов спецслужб в Москве, Минске, других местах.

8. Учитывая принципиальную разницу между мягким авторитарным режимом Януковича и жестким авторитарным режимом Путина, следует иметь в виду, что арсенал используемых средств подавления оппозиции и гражданского общества в нынешней России гораздо шире и изощреннее, чем в современной Украине. Некоторое представление о более чем двадцатилетнем опыте применения правящими режимами различных форм насилия против граждан (от спецназовских снайперов, убийств политических оппонентов и гражданских активистов до массового использования тяжелой военной техники) дают многочисленные примеры на территории бывшего СССР и нынешней России (Тбилиси в 1989 г., Вильнюс в 1991 г., Пригородный район в 1992 г., Москва в 1993 г., Северный Кавказ в 1994-2013 гг., Грузия в 2002-2012 гг.).

9. Регулярное напоминание об арсенале применяемых авторитарными режимами методов подавления политической оппозиции и гражданского общества, свежие примеры которого нам дает украинский еврокризис, необходимо не для запугивания граждан, а для более точного понимания ими природы противостоящего обществу жесткого авторитарного режима, для выработки методов противодействия ему, призванных быть одновременно и наиболее эффективными и наименее рискованными.
Tags: Запад, Путин, Россия, Украина, авторитаризм, гражданское движение, спецслужбы, террор
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 144 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →