Андрей Илларионов (aillarionov) wrote,
Андрей Илларионов
aillarionov

Categories:

Как быть с Донбассом? Ответы на вопросы «Зеркала недели»

Инна Ведерникова, Сергей Рахманин
Когда читатель откроет этот номер, срок объявленного президентом одностороннего прекращения огня на Донбассе уже истечет. Что за ним последует? Новое перемирие? Активная фаза антитеррористической операции? Продолжение позиционных боев? Поиск новых точек соприкосновения между враждующими сторонами и поиск новых переговорщиков?
Очень хотелось бы ошибиться, но есть основания полагать, что на Банковой отсутствует четкий стратегический план выхода из ситуации.

У Петра Порошенко были очевидные причины вводить режим прекращения огня. Во-первых, недавно избранный глава украинского государства хотел продемонстрировать Западу готовность добиваться мира на Востоке страны. Президент считал подобный шаг гарантией того, что долгожданное подписание договора об ассоциации с ЕС не сорвется. Во-вторых, желание Петра Алексеевича договорится с Путиным и восстановить политические и экономические контакты с Россией читается невооруженным взглядом. И для достижения этой цели Порошенко готов был использовать любой повод и любых посредников… В-третьих, президент должен был показать избирателям, что он не забыл о своем обещании прекратить войну.

Формальная остановка активных боевых действий теоретически предоставляла официальному Киеву определенную передышку, необходимую для вывода через "коридоры" мирного населения, для освобождения заложников, для перегруппировки, доукомплектования, обеспечения и ротации войск. Наконец, она давала руководству страны дополнительное время на размышления. Чувствовалось, что к полномасштабной войне Порошенко не готов, а как добиться мира не очень понимает. Взаимоисключающие заявления, сделанные главковерхом на этой неделе — тому подтверждение.

Была еще одна цель, точнее, сверхзадача, для реализации которой пауза была очень кстати. Речь шла о максимальной мобилизации общества. Однако страна не услышала от Порошенко не только четких сигналов, но и четких ответов на множество вопросов. Как получилось, что лица, объявленные ГПУ в розыск, и организации, объявленные террористическими, оказались переговорной стороной? Кого на этих странных переговорах представлял Медведчук? Где граница компромисса, на который готова пойти власть в заигрывании с сепаратистами?
То, что вопросы остались без ответа, на наш взгляд, повредило репутации первого лица государства не меньше, чем новые, многочисленные потери, понесенные силовиками в ходе стреляющего перемирия. Компенсирует ли эти репутационные потери во многом обесцененная брюссельская победа, покажет время.

Подписание договора об ассоциации с Евросоюзом пока единственный очевидный успех. Судить о том, насколько эффективной оказалась реализация иных поставленных задач, трудно. Информация о численности гражданских, выведенных из зоны конфликта, а также количестве вызволенных заложников противоречива. А оценивать успешность решения сугубо военных вопросов и вовсе не представляется возможным.

К Порошенко накопилось изрядное количество вопросов, но следует признать: внешнеполитическая конъюнктура для нашей страны складывается неблагоприятно. А то, что происходящее в Донбассе, — не только конфликт между центром и Востоком, а также между Киевом и Москвой — факт. Мировой контекст — важный фактор "восточного кризиса".
Резкое обострение ситуации в Ираке фактически исключило "украинский вопрос" из числа приоритетных для США. Решение Австрии участвовать в "Южном потоке" означает, как минимум, отсутствие единства в ЕС. Хотя существует гипотеза, что Вена пошла на сотрудничество с Москвой не без ведома Берлина. После личного ходатайства Меркель о Медведчуке, готовы в это поверить. То, что Европа, и, в первую очередь, Германия одновременно заинтересованы не только в прекращении войны на границах с ЕС, но и в бесперебойных поставках российского газа, очевидно. Какой ценой? В любом случае, за наш счет.

Путин, судя по всему, недельную передышку использовал с большей пользой. Повышение температуры в остывших было Харькове и Одессе не случайно произошло именно во время "перемирия". Кремль заинтересован в "консервации" конфликта не меньше, чем Запад. Но по иным причинам. Путин будет продолжать подрывать ситуацию изнутри, формально оставаясь в стороне. А, возможно, еще и заполучив статус "миротворца". 

Киев должен реагировать адекватно. Знает ли как? Мы решили внести свою посильную лепту в поиск ответа на стратегический вопрос — "Что делать с Донбассом?".

ZN.UA попросило ряд людей, чьи знания, авторитет и образ мыслей показались нам подходящими для выполнения подобной задачи, предложить свои рецепты лечения прогрессирующей болезни.
К сожалению, по разным причинам отказались принять участие в нашем заочном круглом столе известные политики, представляющие различные ветви власти и разные оппозиционные силы. Что ж, разговор оказался по-своему точнее и честнее. Политикам, наверное, не просто было бы демонстрировать искренность, отвечая на непростые вопросы:
— Как Киев должен выстраивать свои отношения с взрывоопасным регионом?
— Существует ли шанс на мирное урегулирование ситуации? Если да, в чем он выражается?
— Следует ли воевать за Донбасс?
— Сохранился ли шанс ужиться в границах одной страны?
— Должны ли мы сохранить Донбасс в Украине любой ценой? Если да, то какой должна быть цена?
— Как должны выглядеть правила возможного "сшивания"? Если оно невозможно, то как должны выглядеть правила возможного "развода"?
...

Андрей ИЛЛАРИОНОВ, экономист:
Прежде всего, украинским властям и украинскому обществу необходимо понять, с кем и с чем они имеют дело, каковы кратко-, средне- и долгосрочные цели агрессора.

Во-вторых, проанализировать возможные варианты ответной стратегии.

В-третьих, оценить возможности сегодняшней Украины по реализации каждой из возможных ответных стратегий.

Наконец, выбрав из них оптимальный вариант и мобилизовав на его выполнение все необходимые ресурсы и средства, добиться его осуществления.

Кто главный захватчик?
Естественно, это не ДНР и ЛНР. Они лишь марионетки. Их кукловод и главный (единственный) агрессор находится в Кремле.

Каковы цели агрессора?
Краткосрочные цели — проведение операции «Тлеющий торфяник» — поддержание бесконечно долгого кровопролитного очага напряженности, войны средней степени интенсивности, приводящей к ежемесячной гибели в Украине как минимум нескольких сот, если не тысяч, человек с целью вынудить украинское общество прекратить сопротивление и сдаться.

Среднесрочные цели — распространение операции «Тлеющий торфяник» с убийствами украинских граждан и диверсиями против военных, административных, инфраструктурных объектов на соседние с Донбассом территории, пока она не распространится вначале на всю территорию так называемой Новороссии, а затем — на всю территорию Украины.

Долгосрочная цель — ликвидация самостоятельной, независимой, суверенной Украины.

Возможные варианты ответной стратегии Украины.
Сдаться агрессору — это переговоры с террористами, признание ДНР и ЛНР (нового большого Приднестровья), выполнение нынешних требований агрессора (федерализация, язык, изменения в Конституции, отказ от интеграции в западные институты, включая ЕС и НАТО, вступление в Таможенный союз, отказ от десоветизации, установление внешнего управления Украиной со стороны иностранных государств, в том числе России, уголовное преследование украинских патриотов и нынешнего украинского руководства, передача газотранспортной системы Украины Газпрому, передача предприятий украинского ВПК России, назначение путинского ставленника в качестве руководителя Украины и т.д.) После выполнения этих требований следует ожидать новых требований, конечными из которых является включение Украины в так называемый «русский мир» — объединение Украины и России под одной государственной крышей.

Договориться с агрессором о мире — пытаться вести (бесконечные) переговоры, в ходе которых агрессор будет добиваться дипломатическими средствами того, чего он не смог добиться на поле боя. Договориться о мире с аггрессором возможно только на его условиях, обеспечивающих раньше или позже установление контроля агрессора над всей Украиной.

Победить агрессора — означает отразить его вооруженные, дипломатические, информационные, психологические, экономические, финансовые и иные атаки, защитив суверенитет и независимость Украины. Учитывая соотношение сил, следует признать, что добиться победы непросто. Но можно.

Ключевой фактор в обеспечении победы — способность украинских силовиков (вооруженных сил, МВД, СБУ) ликвидировать язву терроризма на украинской земле. Отсутствие военной победы над террористами на Востоке Украины сводит на нет возможные успехи украинского общества по всем остальным направлениям борьбы.

При этом следует иметь в виду, что если властями будет принято решение «сохранить статус-кво» в нынешних границах Луганды и Донбабве, контролируемых террористами, то таким образом в заложниках у террористов окажутся брошенными несколько миллионов человек, лояльных/преданных независимой Украине. Такое решение будет не только непростительным с этической точки зрения, но и создаст крайне неблагоприятный психологический фон для потенциального сопротивления на еще не захваченной территории Украины. Кроме того, через некоторое, возможно, не слишком значительное, время произойдет контрнаступление террористов с установлением их контроля в качестве первого шага над всей территорией Донецкой и Луганской областей.

Отсутствие адекватного ответа на такое расширение террористической язвы приведет к ее распространению на территорию соседних областей Юго-Востока — в первую очередь Харьковской, Одесской, Николаевской, Херсонской, а со временем – на остальную территорию Украины.

Самый сложный вопрос заключается в том, что следует делать в том случае, если украинские вооруженные силы на Донбассе не смогут одержать победу над террористами, поддерживаемыми боевиками, оружием, финансированием, регулярными вооруженными формированиями со стороны России?

В этом случае встанет вопрос о создании новой линии обороны (новой границы), которую следует защищать, не позволяя прорыва террористов вглубь страны. Это тяжелый, но возможный сценарий.

При этом следует помнить, что каждую новую линию обороны защищать будет все труднее и труднее (юридически, психологически, информационно, возможно, и в военном отношении), чем нынешнюю. Кроме того, в этом случае у агрессора появляется огромный демографический ресурс для проведения диверсионных и иных дестабилизационных действий против независимой Украины.

Вопрос терроризма на Донбассе — это не вопрос Донбасса.
Это экзистенциальный вопрос для существования самостоятельной, независимой, суверенной Украины. Увы, это вопрос из разряда «Кто кого?» — либо террористы победят Украину, либо Украина победит террористов.
И вместе с ними — кремлевского агрессора.
http://gazeta.zn.ua/internal/kak-byt-s-donbassom-_.html
Tags: Путинская война против Украины, Украина, сопротивление
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 61 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →