Андрей Илларионов (aillarionov) wrote,
Андрей Илларионов
aillarionov

Category:

После Дебальцево

Анастасия Гавришова. «Это второй аэропорт». Как и почему отступали из Дебальцево - рассказывают волонтеры
Ночью прикрывающим украинским частям был отдан приказ о контролировании отхода военных из Дебальцево, после чего началась полномасштабное отступление. В Дебальцево все еще остаются военные, обеспечивавшие отвод войск. Об отступлении, а также о том, «почему мы теряем Дебальцево с таким же позором, как ДАП», – рассказывают волонтеры, работающие с бойцами на передовой.

Муженко до последнего тормозил принятие решений об отступлении из Дебальцево
Слишком долго задерживался отвод войск из Дебальцево. Вместо того, чтобы вести активно-наступательные действия на других участках фронта, оттягивать туда силы противника и, таким образом, удержать Дебальцево, – произошел Минск. Мы отказались наступать, и соперник сразу нанес удар по Дебальцево, из которого теперь вытягиваем людей, говорит Виталий Дейнега, волонтер инициативы «Вернись живым».

О режиме тишины давно пора было забыть. На фронте произошла очередная трагедия – пользуясь минскими договоренностями, противник создал ударную группировку в районе Дебальцево и начал наступление на него с трех направлений: с Чернухино, Горловки и Северо-Востока. Из-за оккупации Логвиново, затруднена и работа украинских военных, и их эвакуация из Дебальцево.

Это похоже на ситуацию с донецким аэропортом: то, что нужно покидать терминал, было ясно еще в районе 15 января. На следующий день за него шли уже реальные бои. Но держали его до последнего, пока 21 января не потеряли много людей.

С Дебальцево ситуация аналогична: 9 февраля там начались серьезные бои – сегодня, 18 февраля, Дебальцево почти потеряно. Войска отводятся. По словам президента – организованно. По словам волонтеров – с позором, невозможностью забрать с собой всю технику, часть ее сжигают прямо на месте. «Этого можно было избежать приняв, может быть, непопулярное в обществе, но правильное с военно-стратегической точки зрения, решение об отступлении, – говорит Дейнега. – Насколько мне известно, все руководство Генштаба поддерживало эту точку зрения, кроме Муженко. Муженко был последним, кто тормозил принятие решений об отступлении из Дебальцево».

В Дебальцево все еще остаются украинские военные
Наступление российских войск в направлении Дебальцево активизировалось сразу же после Минских соглашений. Логика действий боевиков заключалась в том, чтобы создать эффективную замкнутую инфраструктуру на оккупированных территориях, говорит Олег Свирко, волонтер инициативы «Воины добра».

У противной стороны в распоряжении есть две серьезные железнодорожные ветки, заходящие на территорию Украины: одна со стороны Ростова-Таганрога, другая – в районе Луганска, обе закольцовываются на Дебальцево. Очевидно, что Дебальцево им необходимо для того, чтобы упростить логистические потоки и сделать их более эффективными.

«Сейчас вся их "военщина" делает огромный крюк, заходя со стороны Таганрога. Очевидно, что следующими действиями от них будет желание отодвинуть линию фронта от ж/д путей на такое расстояние, куда не сможет достать наша артиллерия, – говорит Свирко. – Не нужно быть провидцем, чтобы понимать: следующий удар придется на район Артемовска, затем будут боевые действия в районе Счастья, а в случае, если они не смогут отодвинуть нашу линию фронта от своих логистических путей – начнут активное наступление на Мариуполь, как на экономический и транспортный центр».

Когда началось наступление на Дебальцево, украинская сторона, несмотря на то, что все уже некоторое время находились в его ожидании, все равно до конца была к нему готова. Вчера ночью шли длительные переговоры с участием украинских военных, наблюдателей ОБСЕ и террористов о том, чтобы сделать коридор и избежать гибели бойцов и еще одного котла. Однако поскольку террористы выдвигали неприемлемые условия, а именно – оставить все вооружение, технику и выходить безоружными, решение о коридоре принято не было.

«Во-первых, нельзя позволять врагу так с собой поступать, а во-вторых, мы помним опыт Иловайска, когда наши колоны расстреливались, хотя было обещано другое», – говорит Свирко. В момент переговоров было принято решение с боем выводить украинские части. Ночью прикрывающим украинским частям был отдан приказ о контролировании отхода военных из Дебальцево, после началась полномасштабная операция по эвакуации. Они выходили в неожиданном для террористов направлении – восточнее основной трассы. Западнее и южнее все было заминировано. Маневр оказался удачным – основные подразделения, которые находились в районе Дебальцево, были отведены. Однако в Дебальцево, по информации волонтеров, остались небольшие части, которые обеспечивали отход основных частей. Сейчас идет работа над тем, чтобы они тоже могли отойти. Часть прикрывавших отступление военных спецподразделений, по информации находящегося в районе операции корреспондента НВ, уже отвели, часть бойцов и техники – все еще нет.

Получив контроль над Дебальцево, террористы восстановят важную в этом месте транспортную инфраструктуру – если не реанимируют железные дороги, то отремонтируют автодороги. После этого, получив возможность быстрой переброски войск, они попробуют оттеснить украинскую сторону подальше от этой точки, чтобы их не могли обстреливать. Затем можно ожидать наступления в сторону Артемовска, Песков – эта приаэропортовая часть тоже мешает логистике боевиков. С наступлением весны активизируется и наступление террористов, полагают волонтеры и призывают серьезно готовиться к обороне Мариуполя.
http://nv.ua/publications/eto-vtoroy-aeroport-kak-i-pochemu-otstupali-iz-debalcevo-rasskazyvayut-volontery-35193.html

Аркадий Бабченко. Дебальцевский плацдарм был утерян еще несколько месяцев назад
Этот плацдарм Украиной был утерян не сегодня и не вчера — а еще несколько месяцев назад, когда преимущество затишья не было использовано полностью.

Вывод войск из Дебальцево — абсолютно правильный шаг. Этот плацдарм Украиной был утерян не сегодня и не вчера — а еще несколько месяцев назад, когда преимущество затишья не было использовано полностью.
Туда, условно говоря, все эти месяцы бетономешалки должны были идти и линию Мажино возводить. А в течение двух суток после начала войны — которая здесь была совершенно очевидна — должен был прибывать заранее обученный и подготовленный резерв тысяч так в десять — пятнадцать.

Время все это сделать и организовать было. Но оно не использовано. Так что — выводить людей, начать таки пересматривать свое отношение к этой войне, понимать, что она все-таки по-настоящему серьезна, и стараться не проворонить в очередной раз теперь еще и это выкроенное время. Ну и, конечно, строить армию. Не три дивизии, которые сейчас воюют из сорокамилиионной страны — а настоящую полнокровную армию.
Как по мне — других вариантов не проглядывается пока.
http://www.szona.org/debaltsevskij-platsdarm-byl-poteryan-eshhe-neskolko-mesyatsev-nazad/#t20c

Григорий Перепелица. Когда будет Минск-3
Порошенко указал, что наши силы отвели боевые дозорные посты на «новую линию обороны». А где новая линия обороны? Где она будет проходить? По Харьковской области?

При такой неопределенности задач, которые ставило военно-политическое руководство страны, непонятно, какова цель постоянного содержания таких анклавов как Дебальцевский плацдарм. Конечно, он имеет большое значение, потому что это очень важный узел транспортных коммуникаций, связывающий Луганскую и Донецкую области, граничащий с Россией. Захватив этот узел, российские войска и боевики смогут использовать теперь уже железнодорожный транспорт для завоза техники, боеприпасов и живой силы вместо так называемых конвоев обеспечения, которые перевозились белыми КамАЗами (Россия называла это «гуманитарной помощью»). А также расширять наступление по всему фронту.

Почему не удержали Дебальцево? Этот вопрос во многом связан с Минским соглашением. Поскольку, с одной стороны, есть четкая военная стратегия Путина, в которую вмонтированы дипломатические средства, одним из которых являются Минские переговоры. Мы уже по Минску-1 осенью увидели — их целью было отодвинуть украинские войска на 30 км вглубь и затем захватить эту территорию, что и было сделано. Поэтому фронт отодвинулся на 30 км вглубь Украины и фактически боевики захватили 500 кв. км — это около половины того, что было освобождено украинскими силами летом 2014 года. А теперь, чтобы облегчить прорыв обороны, Путин позвал Меркель с Олландом в Минск, предложил свой план, который, в конце концов, и был принят, в том числе и украинской стороной.

Какова его основная цель? Та же, что и осенью — отодвинуть украинскую тяжелую технику еще на 25 км, чтобы облегчить захват новых территорий. Вот, пример Дебальцево свидетельствует о том, что этот план Путина реализуется успешно — президент Украины, в соответствии с достигнутыми в Минске договоренностей, дал команду нашим войскам прекратить огонь, тем самым облегчив наступление для сепаратистских сил и российских войск по захвату Дебальцевского плацдарма. Они, конечно, этой возможностью воспользовались.

Такими ходами Путин просто дискредитирует Порошенко как верховного главнокомандующего. Он делает его прямым участником сдачи Дебальцевского плацдарма. Если бы приказа прекратить огонь не было, если бы там наращивались наши силы и военные стреляли не только в ответ, но и наносили упреждающие удары, Дебальцево можно было бы удержать. И сейчас это для всех становится очевидным. Поэтому сегодняшнее заявление Порошенко по Дебальцево — это просто попытка оправдаться.

Кстати, президент указал, что наши силы отвели боевые дозорные посты на «новую линию обороны, оставили себе плацдарм для обороны государства». А где новая линия обороны? Где она будет проходить? По Харьковской области? Или на расстоянии уже 30 км, как это предусмотрено Минским соглашением-2? Тогда ждите, что следующие 30 км вглубь снова будут захвачены российскими войсками и сепаратистами. И так будет Минск-3, Минск-4 — пока они не дойдут до Киева. Ибо прекращение огня с их стороны не будет — они же открыто заявляют: «Мы должны прийти в Киев».

Послушайте того же Захарченко и других их главарей. А следующим шагом будет захват Мариуполя. Сейчас тяжелую технику отведут от города на 25-30 км, то есть наши блокпосты будут обнажены. Поддерживать их артиллерийским огнем станет уже невозможно, а у врага там целая танковая дивизия (около 600 танков) — этими танками и тактическими батальонными группами наши блокпосты будет очень легко смять. Поэтому дальше боевики и российские войска будут пытаться захватить новые территории. А потом будет Минск-3 и договоренности, которые приведут к очередной сдаче территории. Если Путина не решат остановить.
http://www.szona.org/kogda-budet-minsk-3/

Николай Митрохин. Вывод из котла
История дебальцевского котла, похоже, заканчивается. Надежды на то, что украинский Генштаб имеет какие-то скрытые до поры до времени планы или резервы для радикального исправления ситуации, исчезли. Истина проста: несмотря на упорное сопротивление, на ежедневно сужающейся территории (17 февраля бои шли уже в центре Дебальцева) остается несколько тысяч украинских военных, которых в лучшем случае ждет плен и обмен через процедуру в рамках минских соглашений. Украинская армия теряет в котле огромное количество столь необходимой ей военной техники. По моральному духу нации наносится сильнейший удар. Война с Россией при этом не закончилась, а лишь приостановлена – хорошо если на несколько месяцев.

И зачем это все было надо? Ответ на этот вопрос не так прост. С одной стороны, дебальцевский выступ, сохранившийся после успешного наступления украинской армии в июле-августе, давал ей большое стратегическое преимущество. В ситуации войны он позволял в любой момент перейти к штурму всех основных городов Донбасской агломерации - Горловки, Енакиева, Макеевки и самого Донецка (фактически Донецк, Енакиево и особенно Горловка находились в полуокружении). В состоянии мира этот выступ давал возможность контролировать единственный железнодорожный маршрут между Донецком и Луганском и кратчайший путь по автомобильной дороге. А это означало огромное влияние Украины практически на всю экономику Донбасса, сильно зависящую от железнодорожных перевозок.

Однако с первой половины августа ситуация сильно изменилась. Украинской армии уже противостояли не разрозненные и плохо вооруженные группировки боевиков. Российская армия передала им десятки танков и единиц артиллерии, в том числе установок залпового огня (в основном из отнятых у Украины в Крыму), наскоро обучила местных специалистов и мобилизовала "волонтеров" из числа бывших российских военных с боевым опытом. И, что не менее важно, поставила эти группировки под общее командование, которое возглавил российский генерал. Более того, российские войска, заняв позиции в 20 км от линии фронта, стали страховать боевиков от прорывов украинской армии, а также привлекались для артиллерийских обстрелов и отдельных особо важных операций на передовой. Таким образом произошло качественное изменение состояния того, что именуется "армиями" ДНР и ЛНР.

В этой ситуации дебальцевский выступ стал для украинской армии проблемой. Его длинные стенки надо было удерживать, а сил для этого в новых условиях было явно недостаточно. Все армейские ресурсы были мобилизованы еще в августе-сентябре, и ничего принципиально нового для противоборства с противником Украина предложить не могла. Снабжение украинских войск вооружением существенно улучшилось (с боеприпасами у них благодаря еще советскому наследству проблем не было никогда), но проваленным оказался главный момент в подготовке новой кампании – мобилизация. Дебальцевский выступ защищает всего 7-8 тысяч человек. Бои ведутся очень малыми силами – группами от двух десятков до сотни бойцов при поддержке одного-двух танков. И то, что в решающие моменты у украинской стороны не находилось полтысячи человек резерва и соответствующего количества бронетехники для ликвидации особо опасных прорывов, имело самые печальные последствия.

О причинах этого (помимо нежелания значительной части призывников идти на войну) сейчас спорят. Много обвинений (вероятно, справедливых) обращено к украинскому командованию, которое оказалось неспособным обеспечить эффективное управление резервами и концентрацию войск на направлениях удара (что показала лишь частично удавшаяся попытка отодвинуть фронт от Мариуполя). Не без оснований критикуется и политическое руководство страны, которое делало много успокаивающих заявлений о ситуации в "котле" и слабо реагировало на просьбы о помощи, не обеспечило своевременную эвакуацию мирных жителей. И это при том, что угроза окружения дебальцевской группировки была очевидна как минимум с середины января. В эти дни от политического руководства уже хором требуют принять эффективные меры по деблокированию или выводу войск. Однако ответить ему скорее всего нечем. А попытками поддержать моральный дух, выступая с громкими заявлениями о новом Сталинграде, делу не поможешь.

Какие выводы можно извлечь из печальной истории дебальцевского котла?

1. Украинская армия показала, что она в целом может эффективно держать оборону, во всяком случае против систематических атак иррегулярных частей российской армии, по недоразумению именуемых "ополченцами" или "сепаратистами", а также отдельных российских подразделений, в том числе танковых.

2. При этом она не умеет атаковать сильного противника – и неизвестно когда сможет приобрести такое умение, особенно с нынешним составом генералитета. В целом очевидно, что последняя надежда на успешную наступательную операцию по освобождению всего Донбасса умерла в начале августа. И пока российские войска будут стоять в Донбассе, ни о каком решительном наступлении речи быть не может.

3. Украинская армия испытывает проблемы в снабжении всем кроме боеприпасов, и неизвестно, на какое время у украинского гражданского общества хватит средств, сил и терпения ее содержать. Изменения в ситуации скорее всего можно ожидать лишь после масштабных реформ всего государственного аппарата, которые пока развиваются слишком медленно.

4. Армия слишком малочисленна и еще плохо обеспечена современными вооружениями. Вопрос о поставке зарубежного "летального" вооружения скорее всего будет решен в ближайшие месяцы – и ситуация с Дебальцевом этому всячески способствует. Однако Украине придется основательно позаботиться не только о том, чтобы освоить полученное, но и о том, чтобы произвести в достаточном количестве свое. Оно пригодится не столько для наступления, сколько для обороны.

5. Минские соглашения не привели к полноценному перемирию, и даже если они заработают (после окончательного поражения дебальцевской группировки), война будет продолжена. Этого в первую очередь хотят в Донецке и Луганске, поскольку сложившиеся там военно-политические структуры не приспособлены к мирной жизни. Бывшие мелкие бандиты, ставшие у руля ДНР-ЛНР, управлять экономикой и социальной сферой не могут. Кроме того, в ситуации мирного "простоя" их начинают раздирать противоречия на почве личных амбиций и дележа награбленного.

6. Потери среди российской иррегулярной армии за последние полтора месяца даже в тактически выигрышной для нее ситуации были столь велики (не менее 1000 человек), что, вероятно, для следующего наступления найдется не так много охотников. Поэтому на глубокие прорывы, необходимые при новой конфигурации линии фронта, скорее всего пойдут российские контрактники, как это уже было в конце августа. К этому должны быть готовы и российское общество, и Украина, и коспонсоры мирного процесса.
http://mirror219.graniru.info/opinion/mitrokhin/m.238126.html

Ян Валетов (Борис Битнер). Время полковников
До тех пор, пока наше командование не поймет, что к каждому солдату надо относиться, как к невосполнимой потере, ничего в армии не поменяется. И солдат, который понимает, что для его спасения будет послана канонерка или 6-й американский флот, воюет иначе. И это (простите меня мои правые израильские друзья!) это правильно, когда для спасения одного заложника-военнослужащего страна готова на все.

У нас все как-то односторонне получается – наши воины ради страны готовы отдать жизнь, а страна ради их спасения не способна даже сказать правду. И это, ИМХО, хуже всего. Никто не говорит правду. Все, сука, сохраняют лицо, вместо того, чтобы сохранять человеческие жизни.

Танк можно починить, построить новый и БТР можно отремонтировать, а вот человека и отремонтировать сложно, а уж на нового понадобится пару десятков лет и не факт, что он получится патриотом. А вдруг выйдет вата? Что тогда делать?

Люди – это невосполнимый ресурс. Невосполнимый. Если мы, конечно, не живем по принципу "бабы новых нарожают". А ведь мы не живем, да? Что ж мы своих пассионариев, своих патриотов, своих защитников все по "котлам" да по "оперативным окружениям" водим?

Есть, конечно, субъективные причины.
Очень коротко излагаю свое сугубо личное мнение, исходя из той информации, что владею.
По оценке экспертов в конфликте со стороны сепаратистов участвует около 50 к человек. Из них от 20 до 25% российские добровольцы – около 15 к.

Численность российских регуляров точно неизвестна, но можно говорить где-то о 3-4 к личного состава(сюда включаем инструкторов и военных консультантов, обучающих "возмущенных шахтеров, колхозников и трактористов" работе с техникой, тактическому бою и т.д. + операторы сложной техники, которых "на коленке" подготовить нельзя).

Я, конечно, не великий спец и не могу компетентно обсуждать вопросы планирования военных операций, но вполне могу заметить, что по стратегии и тактике (как, впрочем по коварству и хитрости) противник нас переигрывает. Мне сложно предположить, что электрик или слесарь (а так же тракторист, маркшейдер и доярка) способны разработать план контр-операции, осуществить стратегическое взаимодействие  военных частей различных родов войск, грамотно построить эшелонированную оборону и даже провести разведку боем с помощью пехоты и танкового соединения. И это сомнение как бы намекает на то, что в планировании операций принимает участие кое-кто из Генштаба соседней крайне дружественной державы.

Наличие в военторге снарядов, мин, БПЛА, военной электроники, танков российских модификаций, БТР и бронемашин тоже намекает на... Если все это не является аргументом для признания РФ одной из сторон конфликта, то я уж не знаю, что и сказать. РФ воюет с нами чужими руками, но своим оружием и осуществляет общее руководство и планирование боевых действий против Украины. Ах, да... Совсем забыл! 15 тысяч добровольцев + регуляры и эскалация на стадии начала конфликта с помощью ДРГ и массовой атаки на сознание в СМИ – это называется гражданская война.

Мы проигрываем, потому, что изначально предполагаем игру по неким правилам. Ну, там Будапештский меморандум, Минские соглашения... Мы же подписывали, давали обязательства! А противник эти правила не признает. Он играет на результат, а не по правилам.

Мы виноваты перед своими пассионариями в том, что не можем этому противопоставить ничего кроме мужества и самопожертвования наших бойцов. Ни военного таланта, ни высококлассной поддержки, ни надежных вооружений. Армия держится на героях-солдатах и на волонтерах. Убери кого-то из них и армия развеется, как морок. Потому, что армия – это не расшитые галунами и аксельбантами генералы, которых у нас больше, чем во всем НАТО. Армия – это чрезвычайно живучая и гибкая организация, которая опирается на профессионалов.

Как выяснилось, генералы у нас есть, вот только боевая мощь от их присутствия все больше сморщивается, как известный орган на морозе. Время индюков в аксельбантах, которые бояться огорчить Главковерха плохими новостями, прошло. Украина принесла им достаточно жертв.

Наступает время полковников – сравнительно молодых, амбициозных, грамотных, получивших военное образование в лучших академиях и опыт в миротворческих операциях. У нас же такие есть? Не так ли? А если нет, то почему не пригласить извне? Нанять, как инструкторов. Попросить у союзников.  Мне кажется, что по итогу обученная спецами по современным стандартам армия будет куда эффективнее и опаснее для противника, чем тысячи джавеллинов.

И главное, чтобы эти полковники, наши или чужие, были приучены говорить правду.
Называть вещи своими именами: котел котлом, прорыв – прорывом, победу – победой, поражение – поражением. И называть погибших поименно, чтобы страна знала тех, кто отдал свою жизнь за нее. И раненых. Поименно. И попавших в плен. Поименно. И предателей – поименно.
Страна устала от войны, от смертей, от мучений раненых, от агрессии России... Но больше всего страна устала от лжи. Ложь убивает не хуже ракет. Если мы перестанем верить государству, то оно умрет. Неминуемо умрет.

Патриотизм, господа, не означает способность восторженно верить лжи. Патриотизм – это способность любить страну и бороться за нее, несмотря на то, что знаешь правду.

В этот раз мы – блоггеры – разыскивали информацию по крупинкам, звонили на передовую тем, кто был в гуще событий, ловили каждое слово волонтеров, находившихся на месте событий. Но совершенно не полагались на слова официальных лиц МО и АТО. Генералы не любят говорить правду, особенно о своих делах. Что ж... Надеемся на время полковников. А оно наступит. У нас просто нет другого выхода.
http://obozrevatel.com/blogs/68572-vremya-polkovnikov.htm
Tags: Путинская война против Украины, Украина, сопротивление
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 82 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →