?

Log in

No account? Create an account
entries friends calendar profile ИЭА Previous Previous Next Next
И.Яковенко. Лекция о судьбе «красного» человека - Андрей Илларионов
aillarionov
aillarionov
И.Яковенко. Лекция о судьбе «красного» человека
Светлана Алексиевич – первый настоящий гуманист среди Нобелевских лауреатов по литературе, пишущих на русском языке

Светлана Алексиевич стала шестым писателем, пишущим на русском языке, получившим Нобеля по литературе. И пятым, прочитавшим Нобелевскую лекцию, поскольку лекция Пастернака, увы, не прозвучала.

Лекция Алексиевич стала самостоятельным литературным событием, таким же значимым, как в свое время стали Нобелевские лекции Солженицына и Бродского, а, возможно, и более значимым.

Слова, которые произносят Нобелевские лауреаты при вручении им главной литературной премии, часто больше говорят о них, об их личности, чем все, что они до этого написали.

1933 год. Нобелевская речь Ивана Бунина. Великий эстет и стилист русской литературы говорит коротко и в основном о себе. Его речь уместилась всего в 19 строчках, в которых местоимение «я» встречается 10 раз. Чаще, чем любое другое слово. Бунин говорит о своих чувствах, которые он испытал, когда узнал о присуждении ему премии и о своих печалях. Из всей речи, пожалуй, можно выделить лишь одну цитату, достойную великого писателя. Она о свободе: «В мире должны существовать области полнейшей независимости… Есть нечто незыблемое, всех нас объединяющее: свобода мысли и совести, то, чему мы обязаны цивилизации. Для писателя эта свобода необходима особенно».

1965 год. На трибуне Михаил Шолохов. «Горжусь тем, что эта премия присуждена писателю русскому, советскому», - объявил лауреат. Далее Михаил Шолохов сообщил о своей приверженности к реализму, а особенно к реализму социалистическому. И заявил, что имеет намерения продолжить служение трудовому народу. Пером. А больше автор «Тихого Дона» проклятым капиталистам ничего не сказал. Никаких тайн не выдал. И королю Швеции, Густаву Адольфу 6-му, вручавшему ему премию, не поклонился. Мол, казаки ни перед кем голову не склоняют. В общем, держал себя с достоинством, сдержанно. Зато год спустя, выступая на 23-м съезде КПСС, разгорячился не на шутку по поводу процесса Синявского с Даниэлем: «Попадись эти молодчики с черной совестью в памятные 20-е годы… Ох, не ту бы меру наказания получили эти оборотни!».

1970 год. Нобелевская премия присуждена Солженицыну. Но вручение состоится лишь в 1974, когда Александра Исаевича изгонят из СССР. Зато было время подготовить Нобелевскую лекцию. Солженицын стал, вероятно, рекордсменом по обстоятельности написания Нобелевской речи: он готовил ее два года, 1971 и 1972. Получилось увесисто и многозначительно. Из того немалого, что Солженицын сказал миру, его Нобелевская лекция цитируется, пожалуй, больше всего.

Если Бунин взошел на Нобелевскую кафедру русским аристократом с ностальгией по утраченной и погубленной большевиками России, Шолохов предстал
перед членами Шведского комитета исключительно в качестве высокомерного члена ЦК КПСС и депутата ВС СССР, то Солженицын обрушился на мир как пророк, разгневанный на этот мир за его недопустимые недостатки.


Вот начало его лекции: «На эту кафедру, с которой прочитывается Нобелевская лекция, предоставляемую далеко не всякому писателю и только раз в жизни, я поднялся не по трем-четырем примощенным ступенькам, но по сотням и даже тысячам их – неуступным, обрывистым, обмерзлым, из тьмы и холода, где было мне суждено уцелеть, а другие – может быть с большим даром, сильнее меня – погибли… Целая национальная литература осталась там, погребенная не только без гроба, но даже без нижнего белья, голая, с биркой на пальце ноги».

Солженицын, которого во многом благодаря заступничеству западного мира выпустили, а не стали гноить в тюрьме, обрушивается на этот мир за то, что этот «весь мир» оказался совсем не таким, каким его представляли те узники ГУЛАГа, от имени которых он бросает свои обвинения: «Не тем живущий, не туда идущий, на болотную топь восклицающий: «Что за очаровательная лужайка!», на бетонные шейные колодки: «Какое утонченное ожерелье!» - а где катятся у иных неотирные слезы, там другие приплясывают бесконечному мьюзиклу».

Вот это, конечно, больше всего возмущает, что «приплясывают бесконечному мьюзиклу». Поэтому приговор пророка суров: «Амплитуда швыряний западного общества, как видится со стороны, приближается к тому пределу, за которым система становится метастабильной и должна развалиться». Напомним, лекция писана в 1971-1972 годах. Через два десятилетия система, действительно, развалилась. Правда, не западная, которой предречено развалиться, а совсем другая - та, что на востоке.

А пророк продолжает бичевать, хлещет кнутом до кости институты и целые сословия. Досталось ООН за то, что «не посилились сделать Декларацию прав  человека обязательным для правительств условием их членства». Ученым досталось за то, что «целыми конгрессами отшатываются от чужих страданий: уютней остаться в границах науки».

Что же может спасти распадающийся мир? «Кто создаст человечеству единую систему отсчета?.. Бессильны тут и пропаганда, и принуждение, и научные доказательства. Но, к счастью, средство такое в мире есть! Это – искусство. Это – литература!». И завершающий аккорд лекции: «Одно слово правды весь мир перетянет».

В завершение своей жизни Солженицын нашел слова правды и для современной России. Бывший узник ГУЛАГа тепло отзывался о бывшем подполковнике КГБ, что он помогает нации вновь почувствовать себя русскими и возрождает Россию. Еще целых три слова правды Солженицын обронил в адрес Дмитрия Медведева, назвав его «хорошим молодым человеком».

1987 год. Иосиф Бродский читает свою Нобелевскую лекцию как стихи, нараспев и немного монотонно, подчеркивая равноправие каждого слова. Говорит о смущении, неловкости от того, что на этой трибуне он, а не Осип Мандельштам, Марина Цветаева, Роберт Фрост, Анна Ахматова, Уистен Оден.

«Эти тени смущают меня постоянно, смущают они меня и сегодня. Во всяком случае, они не поощряют меня к красноречию. В лучшие свои минуты я кажусь себе как бы их суммой – но всегда меньшей, чем любая из них, в отдельности», - рассказывает Нобелевский лауреат о том, как он понимает свое место в литературе.

Нобелевская лекция Бродского - это во многом прямая антитеза Нобелевской лекции Алексиевич, прочитанной 28 лет спустя. Вот фрагмент, который диаметрально противоположен всему, что делает и во имя чего творит Алексиевич:
«На сегодняшний день чрезвычайно распространено утверждение, будто писатель, поэт в особенности должен пользоваться в своих произведениях языком улицы, языком толпы. При всей своей кажущейся демократичности и осязаемых практических выгодах для писателя, утверждение это вздорное и представляет собой попытку подчинить искусство, в данном случае литературу, истории. Только если мы решили, что «Сапиенсу» пора остановиться в своем развитии, литературе следует говорить на языке народа. В противном случае народу следует говорить  на языке литературы».

И далее следует центральная часть лекции Бродского, его символ веры. «Всякая новая эстетическая реальность уточняет для человека реальность этическую. Ибо эстетика – мать этики; понятие «хорошо» и «плохо» - понятия, прежде всего, эстетические, предваряющие категории «добро» и «зло». В этике не «все позволено» потому что в эстетике не все позволено, потому что количество цветов в спектре ограничено».

И дальше знаменитое: «Зло, особенно политическое, всегда плохой стилист». Бродский брезгует говорить о политике, а тем более о той, которая осталась в стране, где его мучили, судили и объявляли тунеядцем и шизофреником. У Бродского свой взгляд на мир, с которым вряд ли согласятся те, кого Аристотель  называл «политическими животными»: «Русская трагедия – это именно трагедия общества, литература в котором оказалась прерогативой меньшинства: знаменитой русской интеллигенции».

И далее еще один символ веры Бродского: «Для человека, начитавшегося Диккенса, выстрелить в себе подобного во имя какой бы то ни было идеи затруднительнее, чем для человека, Диккенса не читавшего».

И после этих слов, с которыми вряд ли согласятся не только «политические животные», но и большинство знакомых с историей XX века, Бродский уже напрямую бросает сквозь десятилетия перчатку Алексиевич. Так же, как и она, Бродский отталкивается от вопроса Адорно о невозможности сочинять музыку после Аушвица, но приходит к противоположному утверждению.

«Поколение, к которому я принадлежу, оказалось способно сочинять эту музыку», - утверждает Бродский.

И вот, год 2015. Чопорный зал. Смокинги. Светлана Алексиевич кажется в этом зале совершенно чужеродным телом. Она начинает говорить. И происходит волшебство. «Я стою на этой трибуне не одна. Вокруг меня голоса, сотни голосов, они всегда со мной…» - кажется, что Алексиевич говорит сбивчиво, но на самом деле эта ее Нобелевская лекция самостоятельное весьма цельное и очень сильное произведение той «сверхлитературы», о которой Алексиевич говорит как о новом жанре культуры. Той культуры, которая только и может адекватно ответить на вызов, сформулированный Адорно, о том, как можно писать музыку после Освенцима.

«Флобер говорил о себе, что он человек-перо, я могу сказать о себе, что я человек-ухо… Есть та часть человеческой жизни – разговорная, которую нам не удается отвоевать для литературы».

О своем творчестве: «Люблю одинокий человеческий голос… Говорить должен свидетель… По крупицам, по крохам я собирала историю «домашнего», «внутреннего» социализма… Что делаю я? Я собираю повседневность чувств, мыслей слов».

О чем ее книги: «Книга об истории одной утопии… Наш главный капитал – страдание. Не нефть, не газ – страдание. Это единственное, что мы постоянно добываем. Все время ищу ответ: почему наши страдания не конвертируются в свободу? Неужели они напрасные? Прав был Чаадаев: Россия – страна без памяти, пространство тотальной амнезии, девственное сознание для критики и рефлексии».

О «красном» человеке и о его судьбе: «Красной» империи нет, а «красный» человек остался. Продолжается… «Красный» человек так и не смог войти в то царство свободы, о котором мечтал на кухне. Россию поделили без него, он остался ни с чем. Униженный и обворованный. Агрессивный и опасный».

О постсоветском пространстве: «Хотя мы живем теперь в разных странах, но везде теперь живет «красный» человек».

Одна из завершающих фраз Нобелевской лекции Алексиевич: «Теперь я не уверена, что дописала историю «красного» человека».

Бунин, Шолохов, Солженицын, Бродский, Алексиевич… Как будто нарочно эти шведы перебрали русскую культуру, ковырялись в ней и выковыряли писателей, отстоящих друг от друга настолько далеко, как только можно далеко отстоять, находясь в одной языковой культуре.

В своих Нобелевских лекциях каждый из них показал свою суть, обозначил свой символ веры.

Бунин – Я-центричен. Он и писал всю жизнь о себе, о своих чувствах и переживаниях. Вот и в Нобелевской речи остался себе верен, в основном о себе говорил.

Шолохов – партиецентричен. Номенклатуро-центричен. В вершинах творчества это не проявлялось, а в жизни вылезало всегда. Вот и в Нобелевской речи вылезло.

Солженицын – нациецентричен. Русский народ, русские как главная ценность. К концу жизни ценности у Александра Исаевича окончательно сместились в сторону государственничества и антизападничества. В Нобелевской лекции это уже было заметно.

Бродский – культуроцентричен и литературоцентричен. Это цельное и непротиворечивое мировоззрение. Правда, не всегда сопрягающееся с тем, что вне литературы.

Алексиевич – человекоцентрична. Это единственный последовательный, стопроцентный гуманист среди всех Нобелевских лауреатов по литературе, пишущих на русском языке.
И, пожалуй, единственный, кто в своей Нобелевской лекции ни разу не сфальшивил, был наиболее точен и смог в этом невеликом по объему жанре сказать нечто самое важное для современников.

А то, что Алексиевич сказала в конце, обнадеживает. История «красного» человека далеко не закончена. И, пожалуй, кроме нее, дописывать эту историю особо и некому. Во всяком случае, сегодня у нее это получается явно лучше других.
http://igoryakovenko.blogspot.ru/2015/12/blog-post_9.html

Tags: ,

33 comments or Leave a comment
Comments
Page 1 of 2
[1] [2]
dassie2001 From: dassie2001 Date: December 9th, 2015 09:51 am (UTC) (Link)
Классный отзыв о выступлении Светланы Алексиевич, минимум половина блогеров в Рунете сочтет его перебором, поскольку, к моему огромному удивлению, Нобель для Алексиевич был воспринят в Рунете, мягко говоря, неоднозначно,
то есть не было приличествующего неординарному случаю одобрямса, какое там. Зависть, что ли, заела, что не им дали?

И. на моей памяти, Нобеля Солженицыну и Бродскому также дали совершенно заслуженно, это для ясности. Оба - великие литераторы и великие граждане.
btclub From: btclub Date: December 9th, 2015 10:52 am (UTC) (Link)
А какой срок оттянул гр.И Яковенко?
Об остальном спрашивать незачем.
Eugene Naumovich From: Eugene Naumovich Date: December 9th, 2015 07:34 pm (UTC) (Link)

Re:А какой срок оттянул гр.И Яковенко?

Предъявить думаете?
evgeniyum From: evgeniyum Date: December 9th, 2015 11:42 am (UTC) (Link)
Сталкивать лбами Бродского и Алексиевич... Хм, умно.
sweetlemonn From: sweetlemonn Date: December 9th, 2015 12:27 pm (UTC) (Link)
Абсолютно согласна с автором, что лекция Светланы Алексиевич стала самостоятельным литературным событием. Вчера перечитала дважды, очень достойная речь.
djdrive From: djdrive Date: December 9th, 2015 01:15 pm (UTC) (Link)
Отличный текст! И сама речь -- тоже.
(Deleted comment)
Eugene Naumovich From: Eugene Naumovich Date: December 9th, 2015 07:32 pm (UTC) (Link)

Re:вот А. Розенбаум в начале 89-го года:

Розенбаум, это, конешне, аргумент.
Тем не менее:
" 1989 г. вышла новая книга С. Алексиевич "Цинковые мальчики" - книга о преступной афганской войне, которую десять лет скрывали от собственного народа. Чтобы написать эту книгу она четыре года ездила по стране, встречалась с матерями погибших солдат и бывшими воинами-афганцами. Сама побывала на войне, летала в Афганистан." http://www.alexievich.info/biogr_RU.html
Re: Розенбаум - (Anonymous) - Expand
(no subject) - (Anonymous) - Expand
(Deleted comment)
(no subject) - (Anonymous) - Expand
From: b1958 Date: December 9th, 2015 03:14 pm (UTC) (Link)
Непонятно, зачем Яковенко прищучил Бунина и едва ли не укорил Бродскаго?

Во времена Бунина, как правило, не читали километровых нобелевских лекций. И да, он был очень самолюбивый человек. Нобелевскую премию он ждал буквально с момента ея учреждения. И имел на это полное право.

Критика Бродского тоже весьма неуместна, даже если принять во внимание то, что пытается доказать в своей статье очень мною уважаемый автор.
From: (Anonymous) Date: December 10th, 2015 11:56 am (UTC) (Link)

зачем прищучил Бунина. Критика Бродского неуместна

Вообще-то критика - это признак наличия индивидуального мышления или способности к нему.
Даже глубоко уважаемый Леонид Ильич (тов. Брежнев) говорил, что критику они принимают, ежели она "позитивная и конструктивная".
Но вообще-то в племенном (трайбалистском) социуме критиковать авторитеты не положено.
natalya_007 From: natalya_007 Date: December 9th, 2015 03:51 pm (UTC) (Link)
Мне было интересно прочесть лекцию Светланы Алексиевич, а теперь и этот отзыв. Спасибо!
From: viktoriuke Date: December 9th, 2015 05:05 pm (UTC) (Link)

Великолепнейшая статья

Просто ошарашен этим статьей Игоря Яковенко.... No comments... Игорь Яковенко, снимаю шляпу перед вами... Спасибо Андрей Николаевич вам за скидку... Слов нет...
From: asymptotical Date: December 9th, 2015 05:37 pm (UTC) (Link)
"Алексиевич – человекоцентрична. Это единственный последовательный, стопроцентный гуманист среди всех Нобелевских лауреатов по литературе, пишущих на русском языке."

Алексиевич была пратически неизвестна большинству 3-4 месяца назад. Это Нобелевскому комитету надо давать Нобелевскую премию за открытие таланта Алексиевич.



From: leonid_shvedov Date: December 9th, 2015 07:19 pm (UTC) (Link)
Говорят, ещё Диоген ходил днём с фонарём - искал человека. С тех пор задача не упростилась, скорее усложнилась, населения всё больше, а вот человеков больше не стало. Так что вполне возможно, что Нобелевский комитет оценил не столько литературный талант, сколько человечность Алексиевич.

Edited at 2015-12-09 07:20 pm (UTC)
one_sergey From: one_sergey Date: December 9th, 2015 07:47 pm (UTC) (Link)
Светлана Алексиевич – это явление, которого в литературе на русском языке еще не было. Это - человек-ухо и этим все сказано. Это её беспощадная честность по отношению к самой себе. Это невероятное мужество, которое, на мой взгляд, доступно только женщине.

Edited at 2015-12-09 07:47 pm (UTC)
(Deleted comment)
From: (Anonymous) Date: December 10th, 2015 06:48 pm (UTC) (Link)

отчего заплакал отец (?)

Ему стало жаль своей напрасно прожитой жизни и молодости.
(К старости люди становятся эгоцентричны)
А если он к тому же имел склонность к рефлексии - ему стало обидно, что посвятил жизнь служению ложным идеалам.
Думаю, что сегодняшние российские учителя в общей свей массе даже на эти слёзы уже неспособны.
anatoliy_a51 From: anatoliy_a51 Date: December 10th, 2015 10:37 am (UTC) (Link)
спасибо за ссылку
myslenkov From: myslenkov Date: December 10th, 2015 01:56 pm (UTC) (Link)

Согласен с Яковенко

Благодарю за этот перепост. Отличный отзыв. Теперь еще больше мне захотелось прочитать эту речь.
Алексиевич молодец. В наше время таких гуманистов мало, и остро не хватает. Хорошо, что ее разглядели, пусть не на родине, хотя бы там, в Швеции. НА то и Нобелевская премия, чтобы открывать миру тех, кто того заслуживает.
coraxxx From: coraxxx Date: December 11th, 2015 07:13 am (UTC) (Link)
Интервью Светланы Алексиевич: “Я не думала, что русское общество до такой степени больное” - http://ru.euronews.com/2015/12/08/interview-literature-nobel-winner-shocked-by-russian-critics/
33 comments or Leave a comment
Page 1 of 2
[1] [2]